Литературные юмористические цитаты

Обо всём

А когда посетитель приготовился говорить, Абу аль-Малик предостерёг его: - Берегись восхвалять меня – я знаю себя лучше, чем кто-либо иной, берегись солгать – к лжецам я не бываю снисходителен, и также берегись доносить на кого-нибудь.
Ну как, ты ещё хочешь сказать мне что-нибудь?

Ибн Абу Раббихи.

Дядя Сандро был рад, что остановил свой выбор на этом доме, что ему не изменило его тогда ещё только брезжащее чутьё на возможности гостеприимства, заложенные в малознакомых людях. Впоследствии беспрерывными упражнениями он это чутьё развил до степени абсолютного слуха, что отчасти позволило ему стать знаменитым в наших краях тамадой.

Ф. Искандер.

Поскольку у старого холостяка нет ни жены, на которую можно жаловаться, ни детей, о которых можно рассказывать небылицы, он говорил о своей работе.

М. Ларни.

- Если я вас не увижу, - сказала мне Маргарета на прощанье, - то буду ходить молиться на вашу могилу.

Эти швейцарские девушки такие добрые!

Я. Гашек.

Вид у вновь вошедшего был восхитительно и безупречно деревенский. Тощий, нескладный, неповоротливый парень с льняными волосами, с разинутым ртом, неуклюжий, одуревший от обилия света и публики. На нём был костюм цвета орехового масла и ярко голубой галстук, из рукавов на четыре дюйма торчали костлявые руки. А из-под брюк на такую же длину высовывались лодыжки в белых носках. Он опрокинул стул, уселся на другой, закрутил винтом ногу вокруг ножки столика и заискивающе улыбнулся подошедшему к нему лакею.

- Мне бы стаканчик имбирного пива, – сказал он в ответ на вежливый вопрос официанта. Взоры всего погребка устремились на пришельца. Он был свеж, как молодой редис, и незатейлив как грабли. Вытаращив глаза, он сразу же принялся блуждать взглядом по сторонам. Словно высматривая, не забрели ли свиньи на грядки с картофелем.

О. Генри.

Дядя Ашот поднял бокал и воскликнул:

- Выпьем за нашего отца! Помните, какой это был мудрый человек?! Помните, как он бил нас вожжами?!..

С. Довлатов.

Она была привязана ко мне, очень привязана, и происходила из прекрасной семьи. Брат её матери, джентльмены, обанкротился на восемьсот фунтов, когда держал магазин судебных канцелярских принадлежностей.

Ч. Диккенс.

- Человек, который всё имел, а потом всё потерял, ещё сорок лет чувствует себя так, как будто он всё имеет. А человек, который был нищим, а потом разбогател, ещё сорок лет чувствует себя так, как будто он нищий.

Ф. Искандер.

Он привлекал взгляд, и уже потом оторвать этот взгляд от него было невозможно. Впечатление такое, что матушка-природа задумала сотворить гориллу, но передумала в последний момент.

П. Г. Вудхауз.

Дарья – кухарка через забор жила, кой-когда к денщику забегала – часы в тёмном углу проверить, мало ли дел по соседству. Известно: стар хочет спать, а молодые играть.

С. Чёрный.

Если вы расстались с человеком друзьями в два часа ночи, а он встречает вас утром в половине десятого и вместо приветствия называет вас змеёй, есть основание заключить, что за это время случилось нечто неприятное.

Ч. Диккенс.

Я долго не хотел верить: боже праведный! Иван Иванович поссорился с Иван Никифоровичем! Такие достойные люди.
Что ж теперь прочно на этом свете?

Н. В. Гоголь.

Не испугались и сохранили присутствие духа одни только пожарные, которые в это время крепко спали…

А. П. Чехов.

Он мог сесть на ходу в трамвай и урезонить любого хулигана. Однако хулиганы ему не попадались, а трамваев в городе совсем мало…

С. Довлатов.

Положение было неловкое: наступила темень, сделалось холодно и сыро, и в поле показались волки. Бородавкин ощутил припадок благоразумия и издал приказ: всю ночь не спать и дрожать.

М. Е. Салтыков-Щедрин.

- Да бросьте вы, - сказала Машенька, - посмотрите лучше, какая чудная красота вокруг, когда луна светит. Какой красивый город по ночам! Какая чудная красота!

- Да, замечательная красота, - сказал Вася, глядя с некоторым изумлением на облупленную штукатурку дома.

М. Зощенко.

Разве ты не знаешь, что теперь все люди чего-нибудь боятся? Только я начала бояться раньше других – и потому попала в сумасшедший дом.

М. Ларни.

А есть такие вина, что четвертную за бутылку стоят. Выпьешь ты рюмку, а у тебя в животе делается, словно ты от радости помер…

А. П. Чехов.

…Иди он пешком, земля бы завертелась под ним и свалила его. Но в седле он всегда сохранял равновесие, смеялся над виски и презирал центр тяжести.

О. Генри.

Поторопившись, они сошлись на пяти динарах, и маленький Сима отправился в суд первой инстанции. Адвокат тётки Роски, увидев на руках у неё ребёнка, встретил её с восторгом, для него была мука мученическая найти аргументы в её пользу.

Б. Нушич.

- Вот простота! – воскликнул Санчо Панса. Неужели же вы ничего не слышали о них? Так знайте же, сестрица, что странствующие рыцари – самое занятное существо на свете. Сегодня он может быть избит до полусмерти, а завтра, глядишь, он уже император; сегодня он жалкий бедняк, а завтра у него три-четыре королевства на выбор для своего оруженосца.

М. Сервантес.

- Ничего не поделаешь, батенька! Не созрели ещё пескари для безопасной жизни, и к тому же, согласитесь, если мы не станем их есть. То, что же мы им дадим взамен?

А. П. Чехов.

И гонцы-инструкторы побежали и передали властям мнение народа, и власти дивились народной мудрости, одновременно стараясь выявить злоумышленников, научивших народ так говорить.

Ф. Искандер.

Я, конечно, не хочу этим выразить, что мундир может действовать и распоряжаться независимо от содержащегося в нём человека. Но, кажется, смело можно утверждать, что при блестящем мундире даже худосочные градоначальники – и те могут быть на службе терпимы.

М. Е. Салтыков-Щедрин.

- Я, - говорит, - по делу пришедши, с утра сижу. А ежели ещё натощак меня по морде хлопать начнут в государственном аппарате, то покорнейше благодарю, не надо, обойдёмся без этих фактов.

М. Зощенко.

- Господин министр, позвольте напомнить вам о двух основных принципах руководства: первое – никогда не занимайся чем бы то ни было без особой нужды, и второе – никогда не затевать расследование до тех пор, пока не будут заранее известны его выводы.

Дж. Линн, Э. Джей.

- Ну, чья взяла, троцкисты? – обратился он к ним, яростно улыбаясь.

Чегемцы не только не стали оспаривать свою принадлежность к этому опасному политическому течению, о существовании которого, впрочем, они и не подозревали, а просто не знали, куда деть себя от стыда.

Ф. Искандер.

…Тимофей Семёныч справедлив, называя меня лежебокой. Но я докажу, что и лёжа на боку, - мало того, - что только лёжа на боку и можно перевернуть судьбу человечества.

Ф. М. Достоевский.

Красота – это Природа, достигшая совершенства, округлённость – это её главный атрибут. Возьмите, например, полную луну, золотой шар над входом в ссудную кассу, купола храмов, круглый пирог с черникой, обручальное кольцо, арену цирка, круговую чашу, монету, которую вы даёте на чай официанту. С другой стороны, прямая линия свидетельствует об отклонении от Природы. Сравните только пояс Венеры с прямыми складочками английской блузки. Когда мы начинаем двигаться по прямой линии и огибать острые углы, наша натура терпит изменения. Таким образом, Природа, более гибкая, чем Искусство, приспосабливается к его более жёстким канонам. В результате нередко получается весьма курьёзное явление, например: голубая роза, древесный спирт, штат Миссури, голосующий за республиканцев, цветная капуста в сухарях и житель Нью-Йорка.

О. Генри

О, Боже мой! Есть такой сорт неудачников, который всю жизнь торгует на венецианских каналах велосипедами.

А. Аверченко.

…все мы бываем более высокого мнения о наших друзьях, когда они отсутствуют – гораздо более высокого, чем когда они рядом.

Джером К. Джером.

Незрелый ананас, для человека справедливого, всегда хуже зрелой смородины.

К. Прутков.

В результате ни в одном приходе люди не отличались таким смирением, как в нашем. Взглянув на свою фотографию, снятую Беглли, никто уж не мог грешить тщеславием…

Джером К. Джером.

Может создаться впечатление, что Кемал повёл всех угощать. Но это совершенно ошибочное впечатление. Кемал так устроен, что тот, который делает ему доброе дело, считает для себя дополнительным удовольствием ещё и угостить его.

Ф. Искандер.

Мистер Пиквик, всегда готовый жертвовать своими интересами ради друзей, тотчас же отведал напитка.

Ч. Диккенс.

Мистер Пиквик погрузился в упоительные и сладкие мечты.

- Эй, послушайте! - долетел до него чей-то оклик.

Он посмотрел направо, но никого там не увидел; его глаза обратились налево и пронзили далёкое пространство; он возвёл их к небу, но там в нём не нуждались; наконец сделал то, с чего начал бы всякий заурядный человек, а именно посмотрел в сад и увидел мистера Уордля.

Ч. Диккенс.

Он приветствовал малознакомых людей с таким взрывом восторга, какой не всегда удаётся иным даже при встрече с богатым родственником. При этом благие пожелания, столь обильные и малозначащие на пороге Нового Года, звучали в его устах с такой убеждённостью в их скором исполнении, что каждый, кого он ими наделял, отходя от Кегли, чувствовал себя в долгу перед ним.

Джером К. Джером.

Сесил Грэм. …Дорогой Артур, я никогда не злословлю. Не знаю как другие, а я только сплетничаю.

Лорд Уиндермир. Какая же разница между злословием и сплетней?

Сесил Грэм. О, сплетни – это прелесть. Вся история состоит из сплетен. А злословие – это те же сплетни, только приправленные моралью и потому смертельно скучные.

О. Уайльд.

- Отсюда можно заключить, прибавил Санчо, - …у меня отличная память. Если бы я только не забывал часто того, о чём мне надо вспомнить, то такой памяти, наверное, не сыскалось бы на всём этом острове.

М. Сервантес.

- …Да и насмешник же вы!

Мистер Тапмен ничего не имел против такой репутации, приобретённой по дешёвой цене, он приосанился и загадочно улыбнулся.

- Какая саркастическая улыбка! – с восхищением сказала Рейчел. – Право же, я вас боюсь.

- Боитесь меня?

- О, вы от меня ничего не скроете, я прекрасно знаю, что значит эта улыбка.

- Что? – спросил Тапмен, который и сам этого не знал.

Ч. Диккенс.

А в пансионах, как известно, три главных предмета составляют основу человеческих добродетелей: французский язык, необходимый для счастия семейной жизни, фортепьяно, для доставления приятных минут супругу, и, наконец, собственно хозяйственная часть: вязание кошельков и других сюрпризов. Впрочем, бывают разные усовершенствования и изменения в методах, особенно в нынешнее время; всё это более зависит от благоразумия и способностей самих содержательниц пансиона. В других пансионах бывает таким образом, что прежде фортепьяно, потом французский язык, а там уже хозяйственная часть…

Н. В. Гоголь.

Что бы там ни говорили, всё же самые красивые девушки – в Заболянах. Порасспросите-ка барышников, понравились ли им Заболяны. Они с восторгом расскажут вам, какие там водятся роскошные кони, и в заключение обязательно добавят.

- А если такого коня подведёт вам девица из Заболян, да взглянет на вас, вы почувствуете такое блаженство, что забудете и поторговаться.

Я. Гашек.

А так как всякий, кто впадал в подобную ошибку, то есть принимал мать за дочь, обретал надежду быть приглашённым к обеду с пятидолларовым шампанским, то ошибок подобного рода было очень много.

С. Ликок.

С. Довлатов.

Ноздрёв во многих отношениях был многосторонний человек, то есть человек на все руки. В ту же минуту он предлагал вам ехать куда угодно, хоть на край света, войти в какое хотите предприятие, менять всё, что ни есть на что хотите. Ружьё, собака, лошадь – всё было предметом мены, но вовсе ни с тем, чтобы выиграть: это происходило просто от какой-то неугомонной юркости и бойкости характера.

Н. В. Гоголь.

Кое у кого сложилось впечатление, что умение бессовестно и нахально врать вполне достаточно, чтобы стать выдающимся рыболовом, - это роковая ошибка. Простая, бесхитростная выдумка ничего не стоит; на неё способен любой желторотый юнец. Тщательная разработка деталей, тончайшие штрихи достоверности, убедительность и правдивость, граничащие с педантизмом, - вот признаки, по которым узнают бывалого рыболова.
Предположим, кто-нибудь войдёт и скажет: «слушайте, вчера вечером я наловил полторы сотни окуней, или: в прошлый понедельник я вытащил пескаря весом в семнадцать фунтов и длиной в три фунта».
Это бездарно, это не имеет ничего общего с искусством. Это свидетельствует о дерзости и только.

Джером К. Джером.

Такой костёр держит жар всю ночь, если изредка подбрасывать топливо; сидеть вокруг него очень уютно, и при свете его даже самый фантастический случай из жизни рассказчика кажется правдоподобным, поучительным и чрезвычайно занятным.

М. Твен.

Конечно, я мог бы отказаться. Но почему-то согласился. Вечно я откликаюсь на самые дикие предложения. Недаром моя жена говорит:

- Тебя интересует всё, кроме супружеских обязанностей.

Моя жена уверена, что супружеские обязанности это, прежде всего, трезвость.

С. Довлатов.

Дядя Сандро говаривал, что умеет определить по внешности застольцев, сколько они выпили с точностью до одного стакана. При этом он пояснял, что, чем больше людей за столом и чем больше они пьют, тем точнее он мог это определить. Но это ещё не всё. Оказывается, точность определения повышается с выпитым вином не беспредельно. После трёх литров, говаривал дядя Сандро, точность определения снова падает.

Ф. Искандер.

…Джим Блейн славился тем, что, достигнув определённой степени опьянения, уже не знал никакого удержу: он с жаром и внушительно принимался рассказывать удивительное приключение со старым бараном своего деда, причём в его рассказе баран после первой фразы так больше и не появлялся.

М. Твен.

- Что это ты делаешь? – спросил Маленький принц.

- Пью, - мрачно ответил пьяница.

- Зачем?

- Чтобы забыть.

- О чём забыть? – спросил Маленький принц. Ему стало жаль пьяницу.

- Хочу забыть, что мне совестно, признался пьяница и повесил голову.

- От чего же тебе совестно? – спросил Маленький принц. Ему очень хотелось помочь бедняге.

- Совестно пить! – Объяснил пьяница, и больше от него нельзя было добиться ни слова.

А. Де Сент Экзюпери.

Прокуратура усмотрела в поведении Густолеса преступление против статьи, предусматривающей наказание за недостаточный присмотр за животными.
Ему ставилось в вину, что его кот не был привязан на цепь и ходил без намордника.
Густолес обязан был привязать кота, тем более что в городе происходили выборы, во время которых животные могут легко заразиться бешенством.

Я. Гашек.

… в Техасе разговоры редко бывают связными. Между двумя фразами можно проехать милю, пообедать, совершить убийство, и всё это без ущерба для развиваемого тезиса.

О. Генри.

А вы, - обратился он к четырём министрам, - жулики!

Те сконфузились и спросили:

- Теперь нам, стало быть, убираться отсюда?

- Нет, оставайтесь! – сказал Артаксеркс. – Вы хоть и жулики, но мне тяжело с вами расстаться. Оставайтесь.

А. П. Чехов.

Майор сделал паузу. Чуть приподнялся над столом. Затем слегка возвысил голос:

- Мы рассчитываем на вашу сознательность. Хотя вы человек довольно легкомысленный. Сведения, которые мы имеем о вас, более чем противоречивы. Конкретно – бытовая неразборчивость, пьянка, сомнительные анекдоты…

Мне захотелось спросить – что же тут противоречивого?

С. Довлатов.

Княгиня была из чистокровной англосаксонской семьи и выделялась непомерно высоким ростом, рыжими волосами и бледностью, а также ангельской добротой, так как устроила приют для четырёх княжеских слуг, которые отличались особой почтительностью за время службы у княгини и, ввиду недостаточной пенсии померли бы с голоду.

Я. Гашек.

Что продажность прессы – одно из самых главных и трудных препятствий на нашем пути, - это бесспорно. Но каким образом преодолеть это препятствие – покупкой ли газеты или подкупом сотрудников, сказать сейчас трудно.

С. Ликок.

…в настоящий момент у меня нет ни малейшего желания смеяться. Я ещё не рассказал вам, что у меня сегодня ночью украли чемодан и все деньги?

Мистер Минвеген рассмеялся от всего сердца.

- Вы счастливчик! У меня вот уже десять месяцев абсолютно нечего красть.

М. Ларни.

Вчера позвонил мой дядя Арменак:

- Приходи ко мне на день рождения. Я родился завтра. Не придёшь – обижусь и ударю…

К моему приходу гости были в сборе.

- Четыре года тебя не видел, - обрадовался дядя Арменак, - прямо соскучился.

- Одиннадцать лет тебя не видел, - подхватил дядя Ашот, - ужасно соскучился!

- Первый раз тебя вижу, - шагнул ко мне дядя Хорен, - безумно соскучился.

С. Довлатов.

Ужасно не люблю слова «никогда». Если бы мне сказали, что у меня, например, никогда не будет болеть голова, я б и то, наверное, испугалась.

Тэффи.