Армия

…военное дело не булка с маком. Не тем концом в рот сунешь, подавишься…

С. Чёрный.

В строю каждый гунявый – герой…

С. Чёрный.

Честно, как и все учёные люди, исполнял он воинский долг в батальонной кухне…

М. Ларни.

Вообще теоретические занятия – это как раз то, что приносит солдатам наибольшую пользу. Именно на этих занятиях мы приобрели самые широкие и самые необходимые знания. Так, например, на теоретических занятиях мы узнали от капрала, что такое родина и что такое щётка…

Б. Нушич.

Это был человек больших военных способностей, которые ударили ему в ноги и проявились в форме подагры.

Я. Гашек.

Не всякий генерал от природы полный.

К. Прутков.

Нет адъютанта без аксельбанта.

К. Прутков.

Для генерала это было просто. Путь к славе шёл по рецепту: в шесть часов вечера солдаты получат гуляш с картошкой, в половине девятого войско «опорожнится» в отхожем месте, а в девять все идут спать. Перед такой армией неприятель в ужасе удирает.

Я. Гашек.

Глядя на собаку, Швейк философствовал:
- Если вот посмотреть со стороны, так, собственно говоря, каждый солдат тоже украден из своего дома.

Я. Гашек.

Никогда не относитесь столь рьяно к своим обязанностям. Поверьте, душка, нет ничего хуже суетливого ординарца, который хотел бы всю войну взвалить на себя.

Я. Гашек.

…он изображал себя в следующих красках:
- Про себя могу сказать одно: в сражениях не бывал-с, но в парадах закалён даже сверх пропорции…

М. Е. Салтыков-Щедрин.

Он записался в армию, чтобы драться, а вместо этого только и делал, что копал.

Дж. Стейнбек.

- …Не будь дисциплины, вы бы, как обезьяны, по деревьям лазили. Военная служба из вас, дураки безмозглые, людей сделает! Ну разве это не так? Вообрази себе сквер, скажем, на Карловой площади, и на каждом дереве по одному солдату сидит без всякой дисциплины. Это меня пугает….

Я. Гашек.

Что касается Швейка, то он держался геройски.

- Не щади меня, - подбадривал он палача, ставившего ему клистер, - помни о присяге. Даже если бы здесь лежал твой отец или родной брат, поставь ему клистер. – И никаких. Помни, на этих клистирах держится Австрия. Мы победим!

Я. Гашек.

Восемь раз меня пробовали призывать, и восемь раз я выходил из комиссии в своих собственных брюках. Я болел сердцем, и печёнкой, и пупком, и чем только я не болел.

И. Эренбург.

- …Понимаешь ты, что значит, потерять казённое имущество? Знаешь ли ты, негодяй, что это значит…

- Осмелюсь доложить, господин лейтенант, - ответил Швейк, - знаю. Когда солдат лишается обмундирования, он должен получить новое.

Я. Гашек.

Мой погреб скоро будет пуст. Солдаты, которых господин де Невер, наш герцог, прислал для нашей защиты, как раз принялись за последний бочонок.

Р. Роллан.

Насильственная мобилизация была маловероятна, хотя и не вполне исключена, поэтому Миха не спешил на сходку, а ждал оттуда вестей…
После того как жена его прибежала от соседей и сказала, что мобилизации не будет, потому что сходку уговаривать уговаривают, а оцеплять не оцепляют, хозяин решил пойти туда…

Ф. Искандер.

- Писатель-то он, положим, хороший, спору нет… и смешно пишет и жалостно, а отправь-ка его на войну, так он там с ротой не справится; а генералу хоть целый корпус давай, так ничего…

А. П. Чехов.

В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает, однако военные уставы добавляют этому совершенно новый принцип – они наказывают человека и за то, чего он не делает.

Дж. Стейнбек.

Мы даже отважно проплыли мимо грозной крепости Малабат (цитадель султана Марокко), не испытав ни малейшего страха. Гарнизон в полном составе и вооружении с угрожающим видом появился перед нами, - но всё-таки мы не затрепетали… Я полагаю, что страх нам незнаком. Я осведомился об имени гарнизона крепости Малабат, и мне ответили: «Мехмет Али Бен Санком».

М. Твен.

Некоторые родственники Омара, стыдясь его вздорности, говорили, что он стал таким в Дикой дивизии, где якобы возле него на фронте разорвался снаряд. Но старые чегемцы, хорошо помнившие его, говорили, что до германской войны он был ещё хуже, что, наоборот, в Дикой дивизии он даже слегка пообтесался.

Ф. Искандер.

Его превосходительство военный министр ведает королевской армией, которая состоит из двухсот тридцати канаков, одетых в военную форму, - большинство из них имеет чин генерала, и мы, вероятно, услышим их славные имена, если королевству когда-нибудь случится завязать конфликт с какой-нибудь иностранной державой.

М. Твен.